Нарушения мышления при депрессии

7 ошибок мышления при депрессии.

Ошибки мышления или когнитивные заблуждения — это иррациональные способы мышления, которые вызываются депрессией и развиваются по причине депрессии.
Чем сильнее депрессия, тем более подвержены вы этим заблуждениям, а чем чаще вы им подвергаетесь, тем больше усугубляется ваша депрессия.
Чтобы разорвать этот порочный круг, нужно выявить эти ошибки мышления и попытаться преодолеть их.

1.Безосновательный вывод. Вы делаете выводы в отсутствие надлежащих доказательств.

Пример: «Весь мир ненавидит меня».
Вопросы, которые позволяют оспорить безосновательный вывод:
— Почему я так считаю?
— Могу я вспомнить что-то, что идет вразрез с этим утверждением?
— Кто-нибудь еще находится в таком же затруднительном положении?

2.Чрезмерное общение. Вы делаете выводы на основе очень ограниченного набора доказательств.

Пример: «Моя сестра не приходит навестить меня. Все меня ненавидят».
Вопросы, которые помогают оспорить чрезмерное обобщение:
— Есть ли еще какие-нибудь способы объяснить происходящее?
— Является ли мое доказательство достаточно сильным и неоспоримым, чтобы служить оправданием сделанного вывода?
— Не являются ли мои выводы слишком обобщенными?
— Могу ли я вспомнить факты, которые противоречили бы этому выводу?

3.Преувеличение и сведение к минимуму. Пере- или недооценка значимости или важности события.

Пример: «Теперь еще и мой кот заболел, мне уже нечего ждать от жизни».
Вопросы, которые позволяют преодолеть преувеличение или сведение к минимуму:
— Случалось ли подобное со мной раньше? Как я справился с этим?
— Какие еще другие позитивные стороны присутствуют в моей жизни?
— Вижу ли я события в правильном ракурсе?

4.Выборочное извление. Фокусирование на отдельном негативном событии или состоянии, исключая другие, более позитивные.

Пример: «Она меня терпеть не может, потому что раздраженно посмотрела на меня три дня назад» (Но не важно, что она проговорила со мной час этим утром).
Вопросы, которые позволяют справиться с выборочным извлечением:
— Я учитываю все доказательства?
— Существуют ли у события какие-то позитивные стороны, на которых я могу сконцентрироваться?
— Что самое лучшее во мне (в этой ситуации)?
— Как другие люди справляются с подобными обстоятельствами?

5.Дихотомическое (черно — белое) мышление. Мышление из серии «все или ничего».

Пример: «Если он не позвонил мне сегодня, значит, он не любит меня».
Вопросы, помогающие преодолеть дихотомическое мышление:
— Могут ли быть другие объяснения произошедшему?
— Это на самом деле имеет такое значение?
— Все на свете действительно или черное, или белое? Есть ли какие-то оттенки?
— Могу я вспомнить что-то, что идет вразрез с моим заключением?

6.Персонализация. Вы принимаете не имеющие к вам отношения события и факты на свой счет.

Пример: «Она взяла отпуск, потому что ей надоело проводить время со мной».

Вопросы, которые позволяют разрушить персонализацию:
— Есть какие-нибудь другие возможные объяснения?
— То объяснение, которое я предлагаю, действительно самое вероятное?
— Какие доказательства у меня есть для этого?
— Может быть, я слишком много домысливаю или придумываю?

7.Катастрофическое мышление. Преувеличение последствий события или ситуации.

Пример: «Боль в моем колене становится все хуже. Скоро я окажусь в инвалидной коляске, не смогу ходить на работу и выплачивать ипотеку. Кончится все тем, что я останусь без крыши над головой и умру на улице».
Вопросы, которые позволяют справиться с катастрофическим мышлением:
— Дела действительно настолько плохи, насколько это мне кажется?
— Каков самый вероятный возможный исход ситуации?
— Какие действия я могу предпринять, чтобы предотвратить негативный исход?
— Может ли все закончиться хорошо?

Метод «СОКРАТИЧЕСКИХ ВОПРОСОВ» может помочь улучшить самочувствие при депрессии. Он позволяет людям, зацикленным на негативных мыслях, оценить их обоснованность и увидеть более широкую и реалистическую перспективу, отличаются от обычных вопросов тем, что фокусируются на основных темах, вызывающих тревогу и обеспокоенность.

Депрессивный реализм.
Поскольку люди со сниженным настроением могут страдать от искажений мышления, существует теория о том, что те, кто подвержен депрессии, также склонны делать более точные суждения о возможном исходе тех или иных событий (которые могут произойти, а могут и не произойти) и имеют более реалистичное восприятие собственной роли, своих возможностей и ограничений.

Это так называемый «депрессивный реализм» помогает людям сбросить «розовые очки» ура-оптимизма, которые заслоняют от них реальность, увидев жизнь в истинном свете.

Если это так, то понятие депрессии может – по крайней мере в некоторых случаях – быть изменено в сторону переопределения в нечто вроде «здоровой подозрительности о том, что современная жизнь малозначительна, а современное общество абсурдно и чужеродно».

Вопрос о смысле жизни – самый важный вопрос, который только может задать человек, — и осознание того, что жизнь может быть прожита по-разному, рано или поздно провоцирует депрессивные реакции, как суровая зима готовит почву к приходу весны.

Следует быть очень острожными, чтобы не перепутать человеческую природу с неадекватностью, а нежные ростки мудрости с психическим расстройством.

Литература: By Neel Burton M.D (психиатр, автор книг «Рай и Ад: психология эмоций», «Игра в прятки: психология самообмана», «Вырастая из депрессии» и др.), Psychology Today, December 2016

www.b17.ru

Психическая и двигательная заторможенность входит в «триаду» Крепелина, т. е. является наиболее специфическим и важным симптомом депрессивной фазы МДП. Диапазон их проявлений широк: от легкой вялости до ступора, от субъективного ощущения какой-то медлительности и «неповоротливости» собственных мыслей до почти полной неспособности реагировать на окружающее, невозможности следить за словами собеседника, формулировать ответы. Однако за последние годы столь выраженная заторможенность у больных эндогенной депрессией почти не встречается. Редко приходится наблюдать больных, которые еще 2 3 десятилетия тому назад описывались как эталон меланхолии: застывшая, скованная мимика, скорбное выражение лица, согбенная поза, резко замедленные движения, еле слышная медленная речь (больной с трудом как бы выдавливает из себя несколько слов), стремление все время лежать и т. п.

При тревожной депрессии заторможенность может смениться ажитацией, и во многих работах первой половины нашего века термин «ажитированная депрессия» был синонимом тревожной депрессии, причем тревожная депрессия противопоставлялась заторможенной, т. е. классической меланхолии. Однако опыт терапии различными психотропными средствами показал, что тревога далеко не всегда связана с ажитацией и что заторможенность также может быть следствием тревоги.

Так, при лечении больных эндогенной депрессией антидепрессантами с выраженным анксиолитическим действием: инсидоном (опипрамол) и амитриптилином — динамика симптоматики по градуированной шкале показала, что уменьшение двигательной заторможенности в большей степени коррелировало с регрессом тревоги, чем с регрессом тоски: через 1 нед терапии амитриптилином двигательная заторможенность уменьшилась на 39 %, тревога — на 40 %, а тоска — на 17,5 %, при лечении инсидоном регресс двигательной заторможенности составил 35 %, тревоги — 30 %, тоски— только 9 %. Однако то, что двигательная заторможенность обусловлена не только тревогой, показывают данные, полученные при лечении дезимипрамином (пертофран, петилил) — антидепрессантом с преобладающим стимулирующим компонентом действия: регресс двигательной заторможенности достигал 80 %, тоски — 64,5 %, а тревоги — только 25 %.

Более прямым доказательством участия тревоги в формировании двигательной заторможенности у больных эндогенной депрессией являются результаты применения бензодиазепиновых транквилизаторов, психотропное действие которых сводится к противотревожному, а среди побочных эффектов отмечается миорелаксация, приводящая у психически здоровых людей и у экспериментальных животных к снижению двигательной активности. Однако у большинства больных эндогенной депрессией с выраженной заторможенностью внутривенное введение 30 мг диазепама вызывало некоторое уменьшение скованности (обычно после непродолжительного сна), а у части больных депрессией с сильным внутренним напряжением сон не наступал, но наряду с тревожным напряжением уменьшалась или исчезала психомоторная заторможенность.

Особенно наглядно действие диазепама проявлялось у больных с «депрессивным ступором». У 3 таких больных (2 женщины и 1 мужчина) с многолетним биполярным МДП внутривенное введение 30 40 мг диазепама в течение 3 5 мин вызвало быструю редукцию двигательной заторможенности, мутизм сменился сначала еле слышной, а затем все более живой, хотя и замедленной, речью. Больные рассказывали, что наряду с мучительной тоской они испытывали сильный безотчетный страх, ужас. Очевидно, положительное действие диазепама в этих случаях обусловлено тем, что ступор в большей степени был тревожным, чем собственно депрессивным.

В прошлом для растормаживания больных тяжелой депрессией применялся раствор амитал-натрия с кофеином. Хотя известно, что барбитураты обладают противотревожным действием, однозначное объяснение результатов было затруднено наличием у них наркотического эффекта. Однако в случае бензодиазепиновых препаратов с их чистым анксиолитическим действием такие затруднения отсутствуют. Особенно наглядно проявляется «анти-ступорозное» действие больших доз внутривенно вводимого диазепама у больных шизоаффективным психозом, однако в этой главе мы приводили наблюдения, относящиеся только к несомненному МДП.

Для выбора правильной терапии необходимо отграничить психомоторную заторможенность, обусловленную главным образом тревогой, от депрессивной. Несмотря на то, что у тревожных больных замедление темпа речи может достичь степени мутизма, их можно отличить по ряду внешних признаков: по напряженному, блестящему взгляду, застывшей напряженной мимике, но без выражения скорби и т. п. Если такой больной все же произносит несколько слов, они вырываются с усилием, как бы преодолевая препятствие, в то время как при депрессивной заторможенности каждое слово произносится медленно, монотонно. Решающим дифференциально-диагностическим методом является диазепамовый тест.

Если заторможенность, обусловленная скрытой внутренней тревогой, неправильно оценивается как депрессивное снижение активности, неизбежны ошибки в терапии. Назначение антидепрессантов, например мелипрамина, обычно приводит к резкому обострению тревоги, следствием которой могут быть раптус, наплыв страха с нарушением сознания, соматическая катастрофа в виде приступа гипертензии, инфаркта и т. п.

При исследовании с помощью пробенесидовой пробы1 содержания метаболитов биогенных аминов в спинномозговой жидкости было обнаружено, что у незаторможенных больных эндогенной депрессией содержание гомованилиновой кислоты (продукта превращения дофамина) существенно не отличается от контроля (здоровые), в то время как у заторможенных больных оно в два раза ниже. Однако эти данные мало что говорят о генезе заторможенности при депрессии, так как дефицит дофамина может быть связан с гипокинезией, а не с основными патогенетическими механизмами депрессии.

На связь заторможенности с тревогой указывает Н. Laborit (1976): при стрессе происходит усиление секреции АКЛТ и глюкокортикоидов, причем АКЛТ через цепь биохимических реакций облегчает деятельность активирующей системы и угнетает тормозящую (холинергическую) систему мозга. Глюкокортикоиды обладают противоположным действием, активируя тормозную систему. Таким образом, торможение или возбуждение при реакции стресса определяются относительным преобладанием воздействия АКТГ на активирующую или глюкокортикоидов — на тормозную систему. Поскольку механизмы стрессорной реакции лежат в основе тревоги, то при тревожной депрессии может наблюдаться либо заторможенность, либо ажитация.

Хорошо известно, что у почти неподвижных больных могут внезапно возникнуть приступы резкого двигательного возбуждения. Поскольку при эндогенной депрессии — от тревожной до анергической — нарушена регуляция секреции глюкокортикоидов, то, согласно схеме Н. Laborit, депрессия должна протекать с нарушениями психомоторной активности. Следовательно, заторможенность у больных эндогенной депрессией обусловлена и собственно депрессивными механизмами и тревогой (тревожное напряжение, «оцепенение»). Более детальное изучение этих механизмов и оценка вклада тревоги в заторможенность больных эндогенной депрессией требуют специального исследования.

Как указывалось выше, несколько десятилетий тому назад эндогенная депрессия в европейских странах чаще протекала с выраженной психомоторной заторможенностью. Сейчас такие больные стали встречаться значительно реже. Однако, по наблюдениям Е. Д. Соколовой (1984), депрессия у представителей коренного населения Чукотки характеризуется отчетливой моторной заторможенностью, мутизмом, периодами страха, отличаясь в этом отношении от депрессивных состояний, наблюдаемых у пришлого населения. Сходная картина наблюдается и у представителей коренного населения Нигерии [Binittie A., 1975].

Двигательное беспокойство возникает только у больных тревожной депрессией и достигает разной степени: от перебирания пальцев рук и легкой неусидчивости до резкой ажитации. Чаще оно наблюдается в пожилом возрасте и у женщин.

При описании нарушений мышления в депрессивной фазе МДП основное внимание уделялось замедлению его темпа. Е. Kraepelin (1904) отмечал у больных замедление, неповоротливость мышления; мысль продвигается мучительно, требует особого волевого усилия, ассоциации, представления бедны, один мысленный образ с трудом вытесняется следующим, мышление делается как бы «клейким», вязким. В настоящее время столь глубокие нарушения наблюдаются реже, хотя встречаются больные, у которых психическая заторможенность оказывается непропорционально выражена по сравнению с другими компонентами депрессивного синдрома, в том числе и моторной заторможенностью. Распознавание депрессии у таких больных бывает затрудненным. Они производят впечатление растерянных; от них не удается получить описания их болезненных переживаний, в том числе и жалоб на сниженное настроение. В некоторых случаях они несколько напоминают псевдодементных больных. Лишь после окончания депрессивной фазы они рассказывают, что настроение у них было сниженным, но что они не могли ничего объяснить из-за почти полного отсутствия мыслей в голове. В некоторых случаях наблюдается амнезия некоторых периодов депрессии. В отношении больных пожилого возраста с такой симптоматикой возникает предположение о наличии грубого органического (сосудистого) заболевания головного мозга, на фоне которого развилась депрессия. Однако у большинства из них значимой органической симптоматики в период интермиссии обнаружить не удается.

Менее изучены нарушения мышления при легкой депрессии. Часто такие больные, особенно люди творческого труда, в самом начале депрессивной фазы замечают, что процесс мышления протекает не так гладко, как обычно, труднее становится формулировать мысли. Нередко они сами объясняют это переутомлением, однако при астении темп мышления и эффективность выполнения психологических тестов снижаются постепенно, по мере нарастания утомления, в то время как при депрессии темп психической деятельности остается одинаково замедленным в течение всей беседы, а иногда к ее концу даже несколько убыстряется.

При умеренной по тяжести депрессии нарушения интеллектуальной деятельности определяются не столько общим снижением ее темпа, сколько своеобразной инертностью мышления. Больной может относительно долго справляться с рутинными задачами. Так, люди, работа которых протекает в строго ограниченных стереотипных рамках, продолжают успешно выполнять ее, и сослуживцы не замечают каких-либо изменений, хотя в остальных сферах деятельности нарастающая депрессия уже привела к декомпенсации. Наоборот, там, где требуется принятие волевого решения, выбор между альтернативными возможностями, психическая деятельность резко затруднена. Сами больные это хорошо осознают; они жалуются на то, что незначительные обыденные задачи, мелкие вопросы, которые раньше решались автоматически, приобретают значение сложных, тягостных, неразрешимых проблем. По выражению одного из них, «каждая маленькая песчинка на пути становится валуном». Иными словами, там, где деятельность больного протекает по хорошо наезженной колее, он еще может с ней справляться; там же, где необходимы волевые усилия, активный выбор, проявляется его несостоятельность.

По современным представлениям, мышление, так же как работа ЭВМ,— это непрерывный процесс принятий решений. В ЭВМ стратегия решения задач, обработки поступающей информации определяется заложенной в машину программой. Человек выбирает путь решения на основе приобретенных в процессе жизни стереотипов мышления, сформировавшейся у него и принятой в его среде шкалы ценностей, эмоционального настроя и т. д. Основная масса непрерывных альтернативных выборов происходит подсознательно. У больного депрессией этот автоматизм частично утрачивается и ряд требующих решении вопросов, которые раньше почти не замечались, начинают задерживаться в сознании, заполняя его, усиливая подавленность и тревогу.

На затруднения выбора у больных депрессией указывает и экспериментальное исследование Е. Silberman и соавт. (1983). Они обнаружили, что при депрессии нарушается стратегия принятия решения. Испытуемые должны были решать тестовые задачи, причем в процессе эксперимента проводилась коррекция возможных подходов (гипотез). Больные депрессией плохо поддавались коррекции, они не отбрасывали оказавшиеся неверными гипотезы, «цеплялись» за них. Это приводило к значительному ухудшению процесса принятия решения, причем степень ухудшения коррелировала с тяжестью депрессии.

В работе R. Cohen и соавт. (1982) было показано, что больные депрессией, так же как и здоровые испытуемые, успешно выполняли простые когнитивные и мнестические тесты, не связанные с психическим напряжением. В заданиях, которые требовали постоянного усилия, они значительно отставали от контрольной группы. Авторы рассматривают эти данные как результат снижения уровня мотивации при депрессии. Действительно, больные депрессией утрачивают интерес почти ко всему, что имело раньше для них значение; события, которые их занимали, представляются пустыми, «пресными», ненужными. Вероятно, в основе нарушений мышления при эндогенной депрессии, так же как и мотивационных процессов, лежит присущее этому заболеванию общее снижение психического тонуса.

Больные депрессией часто жалуются на снижение памяти. В упомянутой выше работе R. Cohen и соавт. (1982) было показано, что в эксперименте мнестические нарушения обнаруживаются в тех случаях, когда для выполнения задания требуется устойчивое усилие. Однако при эндогенной депрессии снижение памяти оказывается неравномерным: больные лучше воспроизводят неприятные события из прошлого, в то время как все светлое, радостное как бы стирается из их памяти. Поэтому при расспросах о длительности и частоте депрессивных состояний, они могут ввести врача в заблуждение, утверждая, что все последнее время жизнь была безрадостной, настроение депрессивным, хотя еще незадолго до этого они были в хорошем настроении, интересно проводили время, успешно работали.

В исследовании S. Fogarty и D. Hemsley (1983) эти клинические наблюдения находят экспериментальное подтверждение: в период максимальной тяжести депрессии слова, связанные с приятными переживаниями, воспроизводились намного хуже, чем ассоциирующиеся с отрицательными событиями. По мере регресса депрессии постепенно улучшалось запоминание слов первой группы. Характерные для депрессии нарушения мышления и памяти усиливают ощущение беспомощности и бессилия и способствуют формированию идей малоценности, а иногда суицидных намерений.

www.psychiatry.ru

Нарушения мышления при депрессии

Мышление – это процесс опосредованного и обобщенного познания объективной реальности.

Расстройства мышления по темпу

Ускорение – увеличение количества ассоциаций в единицу времени.
Максимальное ускорение мышления – «скачка идей».
Замедление – уменьшение количества ассоциаций в единицу времени.
Ментизм – «вихрь идей», ускорение мышление возникающее приступообразно.
Шперрунг – «закупорка мыслей», внезапная остановка ассоциативного процесса.

Расстройства мышления по стройности

Разорванность – нарушение логической связи в предложении при сохранении грамматической (в речи проявляется шизофазией).
Легкая степень разорванности – соскальзывание.
Бессвязность – нарушение логической и грамматической связи в предложении (в речи – паралогии и парафазии).
Инкогеренция – нарушение связи между слогами в словах.
Вербигерация – стереотипное повторение отдельных слов или слогов.

Расстройства мышления по целенаправленности

Разноплановость – формирование суждений, исходя из разных принципов.
Обстоятельность – затруднение образования новых ассоциаций вследствие преобладания предыдущих.
Персеверация – затруднение образования новых ассоциаций вследствие доминирования одной мысли.
Резонерство – «бесплодное мудрствование».

Расстройства мышления по продуктивности

Навязчивые мысли (обсессии) – насильственно возникающие мысли, осознаваемые как болезненные (навязчивые сомнения, счет, воспоминания, страхи, влечения). Возникают приступообразно.
Навязчивые действия (компульсии) — непроизвольно совершаемые автоматические стереотипные движения, усилием воли человек задерживает их.

Сверхценные идеи – суждения, возникающие на основе реальных фактов, значение которых резко преувеличено, при отсутствии критики.
Встречаются при паранояльной психопатии.

Бредовые идеи (бред) – ошибочные суждения, возникающие на болезненной основе, полностью овладевающие сознанием больного, не поддающиеся коррекции и с отсутствием критики.

Классификация бреда
А. По содержанию:
1. Бредовые идеи преследования (бред отношения, особого значения, околдовывания, воздействия, отравления, материального ущерба, обвинения, ревности).
2. Бредовые идеи величия (бред изобретательства, высокого происхождения, богатства, эротический бред, собственно бред величия).
3. Депрессивный бред (бред самоуничижения, самообвинения, ипохондрический бред, бред отрицания, гибели мира, индуцированный бред, конформный бред).

www.zzeira.ru

Расстройства мышления, навязчивое состояние, бред

Под мышлением понимают такую форму отражения в сознании человека окружающей действительности, с помощью которой устанавливается взаимосвязь, взаимозависимость, общность, различия предметов и явлений. Мышление может быть конкретно-ситуационным (образно-эмоциональным) и отвлеченно-словесным (абстрактно-логическим). В первом случае человек в процессе мышления преимущественно оперирует непосредственно предметами и явлениями окружающего мира, во втором — на первый план выступает абстрагирование понятий, отвлечение.

Формы мышления обычно взаимосвязаны, взаимозависимы, и преобладание той или иной из них сказывается на индивидуальных особенностях личности. При многих патологических состояниях правильное соотношение мыслительных процессов нарушается. В таких случаях может нарушаться течение ассоциаций (изменяется тип мышления, его последовательность, логичность и т. д.) и содержание мыслительных процессов. В последнем случае возникает патологическая продукция — бредовые, навязчивые, сверхценные мысли.

В ряде случает у больных, находящихся в маниакальном состоянии, можно наблюдать ускоренное мышление, которое характеризуется часто сменой представлений, понятий, идей, многословием в сочетании с повышенной отвлекаемостью внимания. Мышление у таких больных быстрое, но поверхностное. При обстоятельном мышлении, сопровождающемся тугоподвижностью, инертностью мыслительного процесса, обнаруживается вязкость, застревание на мелочах, невозможность выделения главного из второстепенного. Такое мышление характерно для больных с эпилепсией и лиц с органическими поражениями центральной нервной системы.

Больная Л., 38 лет, страдает эпилепсией с выраженными характерологическими изменениями. На вопрос врача «Как вы себя чувствуете?» отвечает: «Я вам расскажу все честь честью, все как положено. У меня с головой плохо. Я правду люблю и никогда не вру. Это моя сестра все время ругается со мной. Вот вчера приходит домой в синем пальто. Смотрю, у нее одна пуговица оторвана, пальтишко-то у нее без пуговицы оказалось. Как не стыдно, сама работает в магазине, а не может купить пуговичку. Я бы никогда так на улицу не вышла. А ходит как? У нас звонок не работает, так она кулаком стучит. Тут я ей все сказала — и почему пуговицу не пришивает, и про звонок вспомнила, вообще все вспомнила. А она еще ругается. А я больная, у меня с головой плохо:»

В данном случае можно выделить ведущий признак нарушения мышления — обстоятельность, сопровождающаяся повышенной детализацией фактов, вязкостью, инертностью, употреблением уменьшительно-ласкательных слов, характерных для речи больных эпилепсией.

При нарушении логичности мышления наблюдается разорванное мышление. Больной грамматически правильно строит фразы, но логическая связь между ними отсутствует. Начальные этапы развития данной патологии проявляются в ответах «мимо», когда больной отвечает на вопросы невпопад. Например, на вопрос «Сколько вам лет» отвечает: «Я совершенно здоров»; «Что вас беспокоит?» — «Я самый главный военный психиатр мира». В ряде случаев разорванность речи проявляется в виде «соскальзывания» понятий. При этом больной в разговоре часто переходит с одной темы на другую, не связанную с предыдущей по смыслу. В тяжелых случаях имеет место и грамматический распад предложений, когда речь представляет собой набор случайных слов, обрывки фраз, произносимых совершенно беспорядочно, без всякой логической связи. Эту крайнюю степень разорванности мышления называют «словесной окрошкой» (нем. Wortsalat) или шизофазией.

У больных шизофренией мышление может быть логично по форме, но по содержанию оно банальное, пустое и сводится к бесплодному мудрствованию. Это так называемое резонерство. Больной может рассуждать следующим образом: «Курица пьет воду, подымая клюв кверху. Отсутствие глотаний требует этого движения. Оно имеет преимущество в том, что курица посматривает периодически по сторонам, нет ли где опасности. Лошадь же, имея мощную мускулатуру пищевода, прекрасно успевает напиться, держа постоянно голову вниз. При резонерствующем мышлении часто наблюдается симптом «монолога» — больной длительное время рассуждает на второстепенные темы, не пытаясь установить контакт с собеседником.

Нередко встречается так называемое символическое мышление, при котором больные в разговоре общепринятые конкретные предметы, символы, метафоры, иносказания подменяют другими, произвольными предметами, словами, выражениями, знаками. В результате явления и предметы окружающего мира приобретают совершенно иное значение. Например, больной, заметив на столе две вилки, случайно скрещенными, утверждает, что для него это означает смерть, одинокий камень на берегу речки означает одиночество, иссохшее дерево — жизнь, сломанный цветок, гром, молнии — крах жизни.

При патологической склонности больных к уединению, замкнутости часто наблюдается так называемое аутистическое мышление. Такое мышление оторвано от внешнего мира и загружено болезненными мечтаниями. Аутистическое мышление характерно для больных шизофренией, шизоидных психопатов.

Несколько реже встречается такое нарушение мышления, как персеверация — однообразное повторение одних и тех же фраз, т. е. мышление больного как бы застревает на определенных представлениях, и на любые вопросы он дает один и тот же ответ. Персеверация встречается при органических заболеваниях головного мозга, эпилепсии, различных интоксикациях, шизофрении.

При изучении расстройств мышления по содержанию из клинической картины больных выделяют бредовые, навязчивые, сверхценные и доминирующие идеи, бредоподобные фантазии.

Бредовые идеи — это болезненно искаженная оценка фактов действительности, неправильные суждения и умозаключения, не поддающиеся коррекции. Они могут быть систематизированными и отрывочными.

В первом случае в суждения больного доминируют логические ошибки, на основании которых он формально правильно интерпретирует внешние явления. Поэтому систематизированный бред иногда называют бредом толкования или интерпретативным бредом. Систематизированные бредовые идеи подразделяются на идеи преследования, открытий, изобретательств, ревности и др. Например, больной считает себя изобретателем «дымоулавливателя». Он длительное время работает над его усовершенствованием, разработал «особый принцип его действия». Предлагает установить «этот аппарат» на всех улицах города для очистки воздуха от выхлопных газов машин.

Отрывочные бредовые идеи (образный бред) развивается на фоне расстройств восприятия, эмоций и характеризуются подвижностью, разноплановостью, незаконченностью болезненных суждений и повышенной их изменяемостью. Отрывочные бредовые идеи имеют много разновидностей.

В начале развития того или иного бредового состояния проявляется так называемый бред отношения. Больному кажется, что окружающие его люди (сослуживцы, друзья, родственники) с подозрением, неприязненно относятся к нему.

По мере прогрессирования заболевания возникают другие бредовые идеи, в частности бред преследования. Больной убежден, что его постоянно преследуют враги. Они не оставляют его в покое, контролируют каждый его шаг, хотят уничтожить, отравить (бред отравления). Больной уверен, что против него организован заговор. Он ведет себя крайне осторожно, иногда вступает в борьбу с мнимыми преследователями (преследуемые преследователи).

При бреде физического воздействия больной убежден, что находится под постоянным действием «атомной энергии, космических лучей, магнитного поля, радиоаппаратуры, северного сияния», считает, что к этому причастны люди, пытающиеся «уничтожить» его или «обречь на вечные муки». Иногда ему кажется, что на него действуют гипнозом, с помощью которого «читают» его мысли, «навязывают» различные чувства по отношению к родным, близким, к себе самому (бред гипнотического воздействия).

Развивается и так называемый ипохондрический бред. Больной уверен, что страдает неизлечимой болезнью, находит у себя все ее признаки, постоянно жалуется на плохое состояние здоровья, обращается к различным врачам с просьбой всесторонне обследовать его и лечить.

В более тяжелых случаях больной убежден, что его «внутренние органы не работают, сердце сгнило и упало в желудок; в жилах течет не кровь, а гной; вместо внутренних органов плева, все тело мертво, безжизненно, все вокруг уничтожено, все погибло» (нигилистический бред).

Подобное усложнение ипохондрического бреда в сочетании с подавленным настроением — бредом самообвинения (больные бичуют себя за допущенные «неисправимые ошибки», якобы приведшие к гибели семьи, окружающего мира) — сопровождается появлением синдрома Котара. Больной убежден в безысходности своего положения, считает, что он «живой труп», уверен, что «жизнь исчезла» и «наступает гибель всего мира». Этот синдром встречается при тяжелых депрессивных состояниях и нередко сопровождается попытками самоубийства (суицид).

Больная Т., 32 лет, обратилась к участковому врачу с просьбой сделать ей операцию, при этом объяснила: «Когда мне лечили зубы, то сверлили отверстия и вложили в них червей, которые разрушили все десны, съели все во рту, проникли в голову, во внутренние органы. Сейчас я вся стала дефектная, вся мертвая, тело мое нечувствительное. Стала толстой, а была худенькой. У меня нет ничего жизненного, вся грудь треснула, осталась только кожа. Я требую операции, чтобы удалить дефекты, иначе мне не жить».

Симптоматика этой больной указывает на развитие у нее нигилистического бреда.

Нередко встречается бред материального ущерба. Больной заявляет, что его ценности, сбережения исчезают из квартиры, что его тайно обворовывают родные, соседи, решившие «пустить его по миру с сумой». Все свои вещи, деньги он держит под замками; на замки запирает двери, сундуки, шкафы и даже кастрюли. Бред ущерба наиболее характерен в старческом возрасте.

Различают также бред величия. Больной патологически переоценивают собственные достоинства, считает себя великим поэтом, художником, полководцем. Этот бред встречается при маниакальных состояниях.

У больных хроническим алкоголизмом часто проявляется бред ревности (супружеской измены; чаще встречается у мужчин). Больной убежден в неверности супруги, стремится найти улики, неправильно истолковывает факты, поражает нелепостью высказываний и поведения. Бред постепенно может принять генерализованный характер.

Больной Р., 38 лет, считает, что жена ему изменяет со своим братом и сыновьями. К такому заключению пришел после употребления спиртных напитков во время семейного торжества. Заметил, что брат жены как-то необычно смотрит на нее, а старший сын подмигивает матери. Брат жены долго стоял в углу, читал газету, и больной решил, что все ждут, когда он уйдет из дому. Считая, что жена ему изменяет, много раз оставлял ее, но снова возвращался. Чтобы доказать неверность жены, посыпал песком лестничную площадку возле квартиры, уходил на время, а затем тщательно искал на нем следы любовников. Постоянно требовал от жены «признания», выискивал «улики» на белье, постели, на лице жены. Однажды вечером, выпив 250 г. водки и 750 г. вина, после очередного конфликта с женой, взял охотничье ружье, залез на чердак соседнего дома и стал «подстерегать» любовников. Когда приехали работники милиции, начал стрелять по их машине.

Навязчивые идеи характеризуются появлением в сознании больного представлений, мыслей, от которых он не может избавиться, хотя и относится к ним критически, в отличие от бредового больного, убежденного в правильности своих болезненных суждений. Такие больные обращаются к врачу, и часто психотерапия дает хороший эффект.

Кроме навязчивых идей, различают навязчивые влечения (мании) и навязчивые страхи (фобии).

Навязчивые влечения к счету носят название арифмомании, к воспоминанию имен когда-то увиденных людей — ономатомании, к воровству совершенно ненужных вещей — клептомании, к поджогам — пиромании и др.

Навязчивые страхи также чрезвычайно разнообразны. Наиболее часто встречается боязнь открытых пространств, широких улиц, площадей, залов. Это так называемая агорафобия. Клаустрофобии, наоборот сопровождаютя боязнью узких помещений, закрытых пространств. Гипсофобия — боязнь высоты. Нозофобия — навязчивая боязнь заразится неизлечимой болезнью. Сифилофобия — боязнь заразится сифилисом. Канцерофобия — боязнь заболеть раком.

Больной Л., 35 лет, страдает неврозом навязчивых состояний. Во время беседы с врачом говорит: «Я постоянно нахожусь в состоянии страха за свою жизнь. С одной стороны, я хорошо понимаю, что со мной ничего не произойдет, и в то же время боюсь, что любое мое действие может отрицательно сказаться на моем здоровье. Когда иду по улице, начинаю непроизвольно считать какие-нибудь вещи, предметы, будь то столбы, дома, машины. Когда мне кажется, что сосчитал правильно, успокаиваюсь на некоторое время. Если же по каким-то причинам сбиваюсь со счета, возникает страх перед тем, что меня ждет неприятность. Особенно трудно на работе. Окончив какое-то задание, начинаю сомневаться, все ли сделано правильно. Если нахожу, что какая-то деталь выполнена некачественно, сразу же появляются слабость, дрожь, сердцебиение. Чувствую, что уже ничего не могу изменить, переделать, а остается только ждать, чем все это кончится. Я постоянно нахожусь в двойственном состоянии: знаю, что должен работать, обеспечивать материально семью, но не могу взяться за дело из-за невыносимого чувства страха за свое здоровье».

Данного больного преследуют и навязчивое влечение к счету, и навязчивое опасение за свое здоровье. Такие больные, понимая нелепость своих переживаний, пытаются их преодолеть и иногда прибегают к защитным действиям — ритуалам. Например, прежде чем выйти на улицу, больной несколько раз приседает, курит только те сигареты, на которых поставлены четные номера, встает с постели только с правой ноги и т. д. Это на некоторое время облегчает его состояние, и он чувствует себя удовлетворительно.

Навязчивые состояния обычно наблюдаются у людей с тревожно-мнительным характером, при психастении, неврозах, шизофрении.

Сверхценные идеи проявляются в виде эмоционально ярко окрашенных мыслей, которым больной придает особенно важное значение. Объективно же эти мысли не столь важны. Например, больной считает, что его несправедливо уволили с работы, и эта мысль овладевает всем его сознанием.

В отличие от навязчивых состояний сверхценные идеи не сопровождаются тягостным чувством, желанием избавиться от них. Больной со сверхценными идеями глубоко убежден в своей правоте и стремится ее доказать. В отличие от бреда сверхценные идеи имеют реальную основу. Путем убеждения больного или изменения ситуации их удается ослабить или вообще устранить. Сверхценные идеи встречаются при паранойяльном синдроме.

Доминирующие идеи можно наблюдать и у здоровых людей, когда они усиленно к чему-то стремятся, сосредоточены только на достижении цели, отдают этому большую часть своей жизни и совершенно критически относятся к своим поступкам.

Бредоподобные фантазии обнаруживаются у людей с аномалиями формирования характера и как эквивалент бреда — у детей. При этом наблюдаются фантастические, иногда правдоподобные высказывания, похожие на бредовые идеи, но в отличие от последних они крайне нестойки и легко устраняются убеждением.

Происхождение ряда бредовых идей можно понять, основываясь на анализе современных научных данных и клинической картины психических переживаний. Некоторые бредовые состояния находятся в тесном единстве с нарушением восприятия. В частности, галлюцинаторным расстройством по содержанию могут сопутствовать бредовые идеи. Поэтому если больной слышит угрожающие голоса, у него, несомненно, возникает бредовая интерпретация окружающего, развивается бред преследования. При сенестопатических явлениях болезненные ощущения со стороны внутренних органов сопровождаются соответствующим патологическим толкованием этого состояния. В результате возникает ипохондрический бред.

При болезненно повышенном настроении — маникальном состоянии — возникает болезненная переоценка собственной личности — бред величия. При сниженном же настроении, депрессии больной все воспринимает в мрачном свете, убежден в своей нечестности, несправедливости, обвиняет себя во многих мнимых проступках. Это приводит к развитию идей самообвинения, самоуничижения.

Когда психическое заболевание сопровождается расстройством сознания, окружающая действительность воспринимается больным неадекватно и фрагментарно. Отрывочно поступающая информация о событиях внешнего мира не всегда истолковывается им правильно, и тогда имеет место болезненная трактовка фактов.

Иногда патологический процесс сопровождается скованностью или насильственными движениями больного. Он в этих случаях приходит к заключению, что на него воздействуют какой-то посторонней силой, аппаратурой, гипнозом и т. д.

Вполне понятно, что отмеченные механизмы бредообразования не могут существовать в изолированном виде. Они, как правило, проявляются в комплексе в результате сочетания и взаимодействия различных причин, их вызывающих. Последние ни в коей мере не охватывают весь сложный патогенез бредовых идей, а могут лишь способствовать лучшему пониманию механизма бредообразования.

Но как объяснить те случаи, когда галлюцинаций у больного нет, сознание формально ясное, эмоциональная сфера без выраженных колебаний, сенестопатии и нарушения движений отсутствуют, а бред налицо? Это наблюдается при так называемом первичном бреде, бреде толкования. Наиболее объективно объяснить происхождение этого вида бреда попытался Павлов (1927, 1951). Он пришел к выводу, что в основе его лежат два нейрофизиологических механизма: патологическая инертность раздражительного процесса и ультрапарадоксальная фаза торможения.

При хроническом перенапряжении процессов возбуждения и торможения в первую очередь страдает внутреннее торможение, которое вырабатывается при индивидуальном развитии человека. В этих случаях возбуждение в определенных участках коры не меняется торможением, что приводит к развитию очага патологической инертности раздражительного процесса и, как следствие, бредовых идей.

В основе ультрапарадоксальной фазы лежат явления запредельного торможения и извратившихся взаимоиндукционных отношений. Корковые клетки, ослабленные болезненным процессом, под влиянием раздражителей, являющихся для них в этих условиях сверхсильными, впадают в состояние запредельного торможения. Согласно закону взаимной индукции, возбуждение от тормозного пункта распространяется на нейроны, находящиеся в тормозном состоянии, т. е. при ультрапарадоксальной фазе наблюдается обратное норме функционирование: заторможенные участки мозга возбуждаются, а возбужденные, наоборот, затормаживаются. Так Павлов объяснял, к примеру, развитие бреда у больной, у которой безукоризненная честность явилась сверхсильным раздражителем. При заболевании у нее развился бред по механизму ультрапарадоксальной фазы, и больная стала высказывать мысли о своей беспечности и распущенности.

Павлов также предположил, что бред как болезненно искаженное отношение мысли к окружающей действительности может возникать в связи с ослаблением деятельности второй сигнальной системы. В результате больные не в состоянии не в состоянии в достаточной степени оперировать общими понятиями причинности, следствия, пространства, что приводит к извращенному отражению объективной реальности и создает тем самым предпосылки для бредообразования. При возникновении психического заболевания вторая сигнальная система как филогенетически более молодая в первую очередь поражается патологическим процессом. В связи с этим она утрачивает способность контролировать работу первой сигнальной системы и последняя начинает функционировать хаотично. При этом бредовые больные не могут критически оценивать свои высказывания и поддаваться логическому разубеждению.

В последние годы было установлено, что при интерпретативном бреде отмечается угнетение поступления информации по специфическим путям, функционирующим в более узком информационном диапазоне. В то же время активность системы неспецифической афферентации, связанной с субъективной оценкой поступающей информации, относительно повышена. Извращенные таким образом соотношения систем проведения специфической и неспецифической информации носят устойчивый, патологический инертный характер. Возможно, поэтому больные с интерпретативным бредом в большей мере способны воспринимать скрытые, латентные, формально-специфические свойства и признаки поступающей информации, подвергать их детальной переработке и придавать им повышенную личностную значимость. Схема переживаний и поведения больных с интерпретативным бредом отличается однотипностью, косностью, патологической устойчивостью.

  • Расстройство восприятия — что понимают под восприятием, иллюзии, галлюцинации и психосенсорные расстройства
  • На стыке медицины и психологии — значение психосоматики, эмоций человека в развитии заболеваний и излечении, предрасположенность темпераментов к определенным заболеваниям
  • Общая психопатология. Психиатрия как специальность медицины — что такое психиатрия, основные задачи и разделы психиатрии
  • Как получить правильную психотерапию в Москве — когда нужна психотерапия, врач или психолог — когда кого выбрать, первая встреча, как выбрать «вашего» психотерапевта
  • Терапевтические истории Ирины Морозовской — метафоры в психологии
  • Все статьи раздела психология, статьи для психологов, специалистов
  • У нас также читают:

      — Аневризма сердца — вопросы посетителей сайта и ответы врачей
      — Лечение и диагностика в Германии, общая информация
      — Женишбек Назаралиев: Ни один наркоман не бросил наркотики из чувства вины — интервью со знаменитым наркологом, создавшим реалити-шоу о лечении наркозависимых людей. Доктор Жизнь рассказывает о целях проекта Doctor Life, об его участниках, решивших бросить наркотики и о правильном отношении окружения к больным наркоманией людям
      — Диагностика беременности — предположительные, вероятные и достоверные признаки беременности, ранняя диагностика беременности

    www.medicinform.net

    Это интересно:

    • Nuxe стрессом Tanya Exquise blog Когда много лет увлекаешься косметикой рано или поздно она надоедает и уже нет желания пробовать все подряд. И вот в этот самый пик перенасыщения выбираешь для себя что-то свое, близкое и действенное именно на своей коже. Сейчас в осенне-зимний сезон я вернулась к уходу от Nuxe. С этой косметикой […]
    • Детский центр неврозов на чапыгина 13 Детский центр неврозов на чапыгина 13 Амбулаторная служба работает по территориальному принципу. Районные Психоневрологические диспансерные отделения (ПНДО) осуществляют консультативно-лечебную, реабилитационную, социальную помощь детям и подросткам Санкт-Петербурга и их семьям. Отделения работают в контакте с […]
    • Депрессия у парней Симптомы депрессии у мужчин. Как помочь мужчине выйти из депрессии? Мальчиков воспитывают мужественными и сдержанными, внушая им, что слезы, как и проявление большинства других эмоций – это плохо. Злость, разочарование, отчаяние и страхи они накапливают в себе, стараясь справиться с проблемами […]
    • Как можно вылечить ребенка от заикания Ваш ребенок говорит все больше и больше, учит новые фразы и слова, однако в один момент речь может стать сбивчивой, не плавной, не совсем понятной окружающим. Причина тому — заикание. Справиться с таким речевым дефектом не так просто, но при внимательном отношении к малышу и профессиональном подходе избавиться от […]
    • Сильно похудела при депрессии Похудение от стресса – как предотвратить его и сохранить здоровье? Современная жизнь человека изобилует стрессами. Очень часто стресс ведет к значительному снижению веса. Это связано с особенностями психики человека. В том случае, если организм человека во время стресса реагирует на него, как на […]
    • Методика выявления шизофрении Диагностика шизофрении Брошюра о шизофрении: - Читать - Заказать online Заказать брошюру также можно по телефону: 8-800-700-0884 В начальном периоде заболевания диагностика шизофрении довольно сложна, поэтому психиатры обычно не торопятся с постановкой диагноза, наблюдая пациента не менее полугода. На […]
    • Как бороться с дородовой депрессией Дородовая депрессия и эмоциональные нарушения у будущих мам Согласно результатам современных исследований практически каждая десятая беременная женщина страдает от предродовой депрессии. Такое состояние вызвано множеством изменений в период ожидания ребенка. Дородовая депрессия у беременных является далеко не […]
    • Егэ это стресс Стресс, металлоискатели, изнасилование: ЕГЭ глазами школьников Экзамены – как первый секс в новых отношениях. Он обязателен везде. Ты готовишься к нему, иногда даже по полгода, читаешь тонны литературы, тренируешься на пробных вариантах и даже смотришь прошлогодние, хотя они наверняка не пригодятся. Кто-то схватывает […]